Послание члена АСАЛА - Мкртича Мадаряна

Моей Матери:

Я обязан покинуть тебя. Не хочу, чтобы ты плакала. Встань на колени и молись за меня, затем гордо подними голову, потому что даже если вражеская пуля сразит меня, правая рука до самого конца не выпустит оружия, левой же я подниму знамя победы..." 

Сестре: 

Моя скромная, дорогая сестричка, деньги, которые я одолжил у тебя, вероятно, не смогу вернуть. Я взял твое ожерелье, не предупредив тебя, чтобы продать и купить себе документы и билеты. Прости меня..."

АСАЛА-MR (Movement revolutionaries, "Революционное движение")

В 1983 ГОДУ АСАЛА РАЗДЕЛИЛАСЬ НА ДВА КРЫЛА 

Монте Мелконян, считавший, что методы террора исчерпали себя, со своими единомышленницами отделился и создал организацию АСАЛА-MR (Movement revolutionaries, "Революционное движение"). 

После провозглашения независимости Армении в 1991 году в обновленном уставе АСАЛА был сформулирован основной принцип, состоящий в том, что с обретением независимости Арменией организация должна воздержаться от шагов, способных повредить национальным интересам, суверенитету страны. Поэтому необходимо заняться государственным строительством, а не терактами.

Как погиб Акоп Акопян

Акоп Акопян (организатор A.S.A.L.A.)

Акоп Акопян родился в 1951 году в иракском городе Мосул. В молодом возрасте переехал в Ливан, где вступил в Народный фронт освобождения Палестины (НФОП). После убийства Г. Яникяном двух турецких дипломатов в США под влиянием ряда армянских интеллектуалов и при поддержке НФОП организовал АСАЛА, фактическим руководителем которого и считался. Диктаторские и радикальные методы управления организацией, а также ряд других причин привели к её расколу в 1983 году после кровавого теракта в аэропорту Орли, который был организован Акопяном. Французская полиция разыскивала его по обвинению в

Группа заключенного Гургена Яникяна (АСАЛА)

Гурген Яникян (Янигян) 24 декабря 1895, Эрзурум — 27 марта 1984, США) — армянский инженер, писатель, известный тем, что убил турецкого консула и вице-консула в Санта-Барбаре, по его мнению это было местью за геноцид армян.

Учился на инженера в Московском университете, затем эмигрировал в США, где опубликовал несколько романов («Триумф Иуды Искариота», «Рождество Христово», «Голос американца» и др.).

Операция "Крытый рынок" A S A L A

Великий сын Армянского народа, боец ASALA, 18 летний герой - Мкртич Мадарян !

Успешная операция ASALA - "Крытый рынок". 

16 июня 1983г. Турция.

Они тщательно ознакомились с местностью, где предстояла операция, изучили каждую улочку города так, что после приземления у них не возникло сложностей, и различными путями дошли до закрытого рынка Стамбула. Согласно боевому заданию группе предписывалось захватить военную часть и взять в заложники офицеров высшего ранга, после чего публично огласить свои политические требования: потребовать освобождения своих боевых товарищей из тюрем Европы, США, при этом не допустить потерь среди мирного населения.

Турецкая цензура не дремлет

- Вы спрашиваете, почему эти акты совершаются в Европе? Это - война между турецким правительством и АСАЛА. И эта борьба выплескивается на Запад. Но и в самой Турции совершается много покушений, в которых участвуют армяне. В западных странах мало знают об этом, ибо турецкая цензура не дремлет. Верите ли вы в то, что в Турции может быть свобода информации? Спросите у европейских журналистов, что нужно сделать для того, чтобы передать репортаж из Турции...

Так вот, поверьте, что когда какое-либо событие происходит на ее территории, она не обсуждает его публично, она пытается замолчать его.

Вы сказали, что Мартирос Жамкочян совершил акт насилия в Женеве, потому что он ничем не рисковал. Он рисковал своей жизнью. Точно так же, как и Егия Кешишян, расстрелянный в Иране в сентябре месяце за попытку убийства турецкого посла в Тегеране.

Положение в Турции

- 30 тыс. политических заключенных, оппозиция, которой заткнули в тюрьме рот. В Турции применяются пытки, и какие пытки. Достаточно прочитать доклад «Международной Амнистии». Не говоря уже о людях, которых избивают палками, применяется подключение электрических разрядов к груди, смачивание половых органов. Сегодня, в тот самый момент, когда я здесь выступаю, сотни людей подвергаются в Турции пыткам. Конечно, это безымянные турки. Читая этот доклад «Амнистии», я перенесся на 65 лет назад, к ужасам, описанным Жаном-Мари Гарзу.

Это те же самые ужасы, те же самые мерзости. Среди этих пытаемых есть, конечно, и армяне, например, Отец Ергатян, и, конечно же, нас еще больше задевает то, что армянин, тем более священник, брошен в турецкую тюрьму. Но нас возмущает наличие и других жертв в этом государстве.

Нельзя считать безымянным того, кто служит подобному государству, кто является солдатом армии, делающей вещи, осужденные Нюрнбергским трибуналом.

Верите ли вы, что государство, употребившее все силы на то, чтобы стереть в брошюре два слова, верите ли вы хоть на минуту, что оно не попытается изолировать требования армян и разрушить тот потенциал симпатий, который питают к нам в мире?

Мы будем наносить удары по всей Швейцарии

 Тотчас же стали организовываться покушения с целью устрашения. АСАЛА заявила, что она будет наносить удары «по всем тем, кто принадлежит к лагерю нашего врага. До тех пор, пока интересы Швейцарии будут на руку империалистам, мы будем наносить удары по ней». И эти угрозы реализуются. Сначала федеральный дворец, потом вокзал Клотен, потом универмаг и, наконец, 22 июня - взрыв бомбы на вокзале Корнавен, в результате которого погиб швейцарец 22-х лет, моложе Жамкочяна. Погиб молодой безвинный швейцарец.

А теперь раздаются новые угрозы. Акоп Акопян заявляет, что любое осуждение Мартироса Жамкочяна на 5, 10, 15 лет заключения будет чревато неприятностями для Швейцарии в течении стольких же лет. Вот как нам угрожают!

Армяне сами осуждают эти покушения. После угроз, после бомб они попытались вчера спрятать когти, заявляя нам, что осуждают терроризм. Они пытаются зажать нас в тиски следующего уравнения: если вы за геноцид, то вы против Мартироса Жамкочяна, если вы против Мартироса Жамкочяна, то вы за геноцид. Вы имеете право думать, что геноцид явление отвратительное, и в то же время вы имеете право осудить убийцу, который подобно тем туркам, которых он ненавидит, был орудием смерти.

У вас достанет смелости сказать, что Жамкочян убийца, что у него нет никаких смягчающих вину обстоятельств.

Геноцид? Это предлог!

то был преднамеренный акт. Предумышленность уже в тех лагерях, где обучаются искусству убивать. Это преднамеренность совершить преступление, это ожидание: Жамкочян был вооружен давно, он бродил вокруг, он выслеживал, он готов был убить и он убил. «Как солдат»,- говорит он. Нет! Солдат носит оружие открыто. На нем отличительная форма. Солдат рискует своей жизнью. Это не солдат, а мирный турист,

который сошел с самолета в Цюрихе. Он говорит о войне, но он единственный человек, который об этом говорит. Эта война - в его кармане, в виде пистолета и гранаты, которыми он тайно бряцает и из которых тайно открывает огонь. Вот тогда он сбрасывает маску туриста, и мы видим не лицо солдата, но отвратительный лик террориста. Это не армия, но банда убийц!

Нам говорят, что есть политическая причина. Разве это облегчающее вину обстоятельство? Политический аспект этого дела не меняет его преступного характера. Убийство остается убийством. И если бы какой-либо турок, пользуясь слушанием этого дела в суде, убил бы Жамкочяна, это опять было бы политическим преступлением, и его бы точно также осудили.

Мы не были террористами, мы ими станем

Женева, суббота, 19 декабря 1981 г., 9 ч. 15 мии.

Сегодня процесс Мартироса продолжается. Генеральный прокурор начинает обвинительную речь.

- Г-н председатель суда, дамы и господа присяжные, вы пришли сюда, несмотря на угрозы и на бомбы, которые взорвались здесь, у дверей Дворца правосудия. Вы поступили, как свидетели драмы, которые преследовали убийцу и добились его ареста. Вы проявили храбрость. Время слабовольных прошло, настало время храбрых.

Вы пришли сюда, чтобы осудить преступление, совершенное совсем недалеко отсюда. 9 июня один мужчина после окончания работы мирно возвращался домой. Но за ним следили и убили как животное.

Перед лицом этой смерти здесь вспоминали тысячи убитых, миллионы убитых в конвульсиях войн. Мы можем задать себе вопрос, как бы мы сами вели себя в этой буре войны. Все погибшие во всех войнах имеют право на наше сочувствие и на нашу память.

Сейчас армянский народ собирает воедино свои силы

Сейчас армянский народ собирает воедино свои силы. Там, где он понес большие потери, он борется за то, чтобы жить, и самые преданные его представители объединились в Армянскую Секретную Армию Освобождения Армении, к которой принадлежит и Мартирос Жамкочян.

Поскольку армянский народ исчерпал все возможности добиться торжества своего дела мирными средствами, никто не может отказать ему вправе прибегнуть к вооруженной борьбе.

Мы имеем перед собой фашистское государство, отказывающееся признать геноцид 1915 года и отнявшее 9/10 армянских территорий, которое проводило репрессии также и против курдского народа...»

Председательствующий прерывает его: «По поводу курдов я хочу сказать, что они участвовали в резне, ибо правда заключается также и в том, что турецкое государство умело использовать других для достижения своих низких целей...»

Являетесь ли вы членом АСАЛА

Следующий свидетель, Ара Торанян, 27 лет, французский армянин, основатель газеты «Ай Байкар» (Армянская борьба) - органа движения «Армянская борьба», близкого к АСАЛА.

Председательствующий: «Являетесь ли вы членом АСАЛА?»

А. Т.: «Послушайте, я из тех армян...»

Председательствующий: «Я не прошу вас произносить речь, которую вы подготовили заранее. Ответьте прямо на вопрос, поставленный мной!»

А. Т.: «Нет, я не член АСАЛА».

Председательствующий: «В октябре 1980 г. во Дворце правосудия в Женеве взорвалась бомба, не вы ли заложили ее?»

А. Т.: «Но...»

Председ.: «Да или нет?»

А. Т.: «Нет».

Председ.: «А бомба, которая взорвалась в универмаге Женевы. Эту бомбу заложили вы или не вы?»

А. Т.: «Нет».

Председ.: «А бомба, которая взорвалась на вокзале Корнавен, не вы ее подложили?»

А. Т.: «Нет, я хочу сказать, что мы первыми разоблачили эти отвратительные покушения, которые не служат интересам армянского народа».

Председ.: «А те бомбы, которые готовил Алек Еникомешян против турецкого Консульства?»

Ливан: без будущности

Теперь дает показания на армянском языке отец Мартироса:

- Мы были очень бедными, жили в лагере беженцев, и дети наши родились в такой обстановке. Я воспитал сына так, чтобы он стал солдатом, потому что другого выхода нет. В нынешней обстановке в Ливане нет будущего. Молодежь хочет достичь цели там, где мы потерпели крах.

Адвокат Деведжян: «Я бы хотел задать вам вопрос, который я не задал вашей матери: почему она не говорит по-армянски?»

Г-н Жамкочян: «В Турции обучение армянскому языку запрещено. Я сам изучил армянский только в 11 лет...»

Генеральный прокурор прерывает его: «Однако несколько дней назад я видел передачу по телевидению, в которой турецкие армяне свободно говорили по-армянски».

Адвокат Деведжян: «Вы видели заложников, г-н прокурор! Я напомню вам закон от 1965 года, который запрещает всем национальным меньшинствам изучение их родных языков...»

Председатель: «Введите следующего свидетеля».

Три письма Мкртыча Мадаряна - бойца ASALA, сына Армянского народа

Трое бойцов ASALA в черных масках стояли рядом, в ливанском тренировочном лагере. В лагерь зашел командир, он также был в черной маске и, молча, пожав каждому руку, пожелал доброго пути, возвращения с Победой. 

Один из троих, Мкртыч, который был из рода Мадарянов и в свое время тренировался с Геворком Гюлезяном, отстал и спросил:
- Не могли бы мы уединиться на несколько минут?

В боевой группе он был самым молодым, ему еще не исполнилось 18, командир кивком головы позволил.

Мкртыч зашел в арсенал, достал листок бумаги, и быстро-быстро стал писать:

Аман яврум (о дитя мое...)

 Женева, декабрь 1981 г., здание суда

Когда во второй половине дня заседание суда возобновляется, присутствующие, в большинстве своем армяне, частью прибывшие из Лионского района, занимают

свои места. В толпе можно увидеть старую крестьянку из Анатолии со старинным платком на голове. Она опирается на руку мужчины средних лет. Это, бабушка и отец обвиняемого - Мартироса Жамкочяна, 22-х лет, «национального героя» длл армян, собравшихся в зале, «убийцы» - для швейцарского прокурора и адвоката истца с турецкой стороны.

Обвинитель с турецкой стороны отсутствует: турки никогда не защищают свою точку зрения перед судами, где они тотчас же оказываются в меньшинстве. Это то место, куда армяне притягивают их регулярно, но куда не менее регулярно они избегают являться. Действительно, здесь каждый раз затрагиваются и подтверждаются исторические обстоятельства геноцида: вот почему турки и предпочитают отсутствовать.

Я увидел трех женщин...

Следующий свидетель г-н Ацагорцян -человек, уцелевший во время геноцида.

- В 1915 году,- говорит он,- мне было 9 лет, и жил я в Урфе. Я помню, что был у соседа и в открытую дверь видел, как двое турок насиловали его жену и 11-летнюю дочь. Затем они всю семью убили. Я спрятался. Они меня не увидели, иначе тоже убили бы. Я решил вернуться домой. На улице я встретил старую женщину, которая сказала мне: «Ты не можешь вернуться к себе»,- и я увидел улицы, усеянные трупами. Она покрыла мне голову шалью, чтобы я не смотрел.

Затем началась депортация. Я нашел мать; она тяжело заболела. Перед смертью она плакала, и я плакал вместе с ней... Той же ночью я видел мать во сне. Я вновь увидел эту сцену, которую пытался спрятать в глубине своей памяти... Я помню, что мы ели траву. Я увидел трех женщин, лежащих под деревом у дороги, и хотел попросить у них чего-нибудь поесть. Когда я приблизился, то увидел, что животы у них вспороты...

Слушание дела начинается с показаний свидетелей защиты

Женева, пятница, 18 декабря 1981 года, 

9ч. 15 мни.

Слушание дела начинается с показаний свидетелей защиты. Первый свидетель - мадам Софи Шмидт.

- Я родилась в Стамбуле,- заявляет она.- Pебенком, в возрасте 8 лет, я видела много беженцев, которые приходили в наш дом. Они бежали из армянских провинций, в которых началась резня. Маленькой девочкой я слышала рассказы о семьях, которые стали жертвами резни. Уцелевшие от нее теряли рассудок. Меня пощадили, потому что, к счастью, на мне женился швейцарец, который хотел тем самым спасти хоть одну молодую девушку-армянку. Мать моей кузины бросили в колодец, облили бензином и подожгли.

-Я горда тем, что являюсь армянкой. Целый народ был вырезан. У нас было незапятнанное имя. Сегодня мне жаль, что мы оказались в таком положении.

Она поворачивается к обвиняемому и, призывая в свидетели судей, говорит: «Посмотрите! У него вид не убийцы! Я уповаю на суд Божий».

Вызывается к стойке пастор Елваджян из Марселя. Пастор Елваджян: «Они обмазывали краской ее лицо».

Я не сожалею о совершенном

- Я зарядил пистолет,- говорит обвиняемый, 13 патронами и встал на том же месте. В 18 ч. я увидел, как один человек вышел из консульства. Это был тот, который в пятницу показался мне наиболее значительным. Вслед за ним вышел другой турок. Они вместе спустились по улице, затем на перекрестке распрощались.

Я последовал за первым и, приблизившись к нему на два метра, выстрелил три раза в него и убежал. Я углубился в аллею, потом поднялся на второй этаж дома, снял синий пуловер, под которым был другой.

Выйдя, я купил по дороге пачку сигарет, потом зашел в магазин, при выходе из которого был арестован полицейским. Я не оказал сопротивления, ибо таков был приказ моей организации. При мне были пистолет и граната. На меня надели наручники, потом увезли в полицейском автобусе, бросив на пол. Полицейская собака набросилась на меня и укусила в плечо. По прибытии меня за волосы поволокли до дверей полицейского участка.

Я хотел бы сказать, что не сожалею о совершенном. Я должен был выполнить этот акт именем моего народа.

Новое поколение больше нас не слушает

Мартироса Жамкочяна

Женева, 17 декабря 1981 гада, пятница.

Сегодня в здании суда в Женеве открывается процесс по делу молодого армянина Мартироса Жамкочяна, обвиняемого в убийстве на улице Женевы служащего турецкого консульства Мехмета Йергуза, в прошлом журналиста. Здание суда похоже на укрепленный лагерь. Везде заграждения, контроль, обыск. В здании армянскими организациями уже была взорвана бомба, и теперь швейцарские власти настороже. В течение полутора лет было совершено двадцать покушений, направленных против швейцарских интересов, которые приписывались армянским группировкам. Сегодня в суде конфликт между Швейцарией и АСАЛА будет продолжен на этот раз на юридической почве.

Будут защищаться две совершенно разные точки зрения: армяне из АСАЛА будут требовать права на безнаказанность для «своих бойцов»; швейцарцы - добиваться уважения своего суверенитета и нейтралитета.

Процесс начинается.

Мой Армянский Брат! Я обращаюсь к тебе!

A S A L A

Задумайся о том, как ты живешь? Какие цели ставишь перед собой?

Сегодня сложные времена для нашего народа! Сегодня решается судьба нашей страны!

Делаешь ли ты хоть что-нибудь в деле построения Армянской нации и Армянского Государства?

Перед тобой пример Истинного Армянина!

Мкртыч Мадарян твой ровесник, ему 18 лет! Но уже в свои 18 он осознал, что за свои права и за свою Святость нужно бороться! Что надеяться нужно лишь только на себя и свои силы! Не ждать помощи ни от кого! Он доказал своей борьбой, что он прав!!!